Казачество левобережной украины и русско-турецкая война 1735—1739 гг часть 38

и те уже не могли передвигаться. На такие условия казаки отвечали побегами. Из 100 казаков Гадячского полка бежали 75, из сотни одного из других полков — 88. Наконец ГВК решила заменить этих казаков [40, л. 2, 7, 8, 17-18]. Нетрудно представить, в каком состоянии они возвращались домой и как сложно было полковой старшине следующем году выставлять снова хорошо оснащенных и боеспособных солдат. Когда речь идет о ближних походы, чрезвычайно информативными являются отчеты полковой старшины о командировке казаков, в которых учитываются все, даже самые мелкие, наряды. В частности, отчет Черниговского полка о командировке казаков, датированный августом 1736, свидетельствует о том, что в охранной службы привлекались: на форпосты под Киев с сотником вибельським М. Тризною — 129 чел .; на форпосты у Любеча — 253 чел .; в команде переяславского полковника Богданова на форпостах Киевского полка — 298 чел .; в команде лубенского полкового судьи С. Максимовича — 55 чел .; в команде черниговского есаула М. Мокриевича — 124 чел .; в команде сотника батуринского на форпостах на польской границе — 700 чел .; в команде сотника понурницького на форпостах Киевского полка — 93 чел. Таким образом, на август 1736 для охраны границы были привлечены тысяча шестьсот пятьдесят-два казака Черниговского полка. Интересно, что в Крымский поход этот полк отправил 1493 солдата [32, л. 2-3].В начале 1737 проблема охраны границ рассматривалась на совещании российского генералитета в Лубнах. Участники совещания приняли решение о том, что основной груз должен ложиться на плечи казаков и ланд-милиции, а российские солдаты не должны составлять более 10% от общего количества охранников границы [378, с. 138-139].В конце января этого года И. Барятинский, среди прочего, получил приказ Кабинета Министров о выделении нескольких тысяч казаков для несения охранной службы [323, с. 37]. Для охраны границы в район Киева стянули около 4000 гетманцев из Нежинского, Прилуцкого, Киевского, Черниговского и Стародубского полков. Для обороны Украинской линии зимой было выделено 12 000 чел., Из них 3000 — казаки из Гетманщины и Слобожанщины. Отдельный наряд составляли 500 казаков, предназначенных для патрулирования в районе Тору и Бахмат [384, с. 303-305]. Часть из этих казаков использовалась как залога форпостов вдоль Днепра. Точных сведений о старшине, которая руководила этим отрядом, не имеем. Известно лишь, что стародубский полковник А. Радищев 20 января 1737 заменил переяславского полковника М. Богданова в должности командира двухтысячного отряда, штаб которого находился в Василькове. Здесь же находился Лубенский обезьяной И. Кулябка [89, л. 2].К мерам безопасности прилагалась требование к полковых канцелярий быть готовыми в любой момент отправить казаков к осаждаемых участка границы. В самый неподходящий положении оказался полтавский полковник В. Кочубей, который по личному приказу Б. Миниха имел с лучшими казаками своего полка зимовать в Царичанке, прикрывая этот важный пограничный пункт [261, л. 18]. Неординарное решение было принято по защите границ летом. Еще 4 февраля И. Барятинский получил из Петербурга инструкции, предусматривающие мобилизацию для пограничной службы 50000 казаков, крестьян и мещан. Реализовывал эту идею гвардии майор Шипов, без привлечения ГВК и поэтому подробной информации в фондах украинских правительственных учреждений не находим. Отметим, что мобилизация шла очень тяжело. К мерам, которые должны были удержать татар от нападения на Украину, следует отнести план П. Ласси и И. Барятинского о походе двух кирасирских полков и отряда казаков под Перекоп, причем председатель ПГУ стремился лично возглавить эти войска. Воплотить в жизнь этот замысел не удалось [323, с. 471].Реализация мероприятий по охране границы осенью 1737 прослеживается более подробно. В октябре по ордеру Б. Миниха ГВК приняла решение о командировке на границу бунчуковых и значковых товарищей, которые не в летнем походе. Эти старшины руководили небольшими казацкими партиями и разъездами, которые следили границу [332, с. 37]. Общую команду над трёхтысячным отрядом гетманцев на границах осуществляли полтавский полковник В. Кочубей и нежинский полковник И. Хрущев. Первый руководил 1 500 казаков, которые располагались вдоль Днепра, второй — аналогичным отрядом на украинском линии [117, л. 3].Сначала в их команду входили казаки Миргородского и Полтавского полков, но в декабре произошла замена. На границу были высланы 1105 казаков Гадячского полка, 238 — Прилуцкого, 476 — Нежинского, 198 — Киевского, 274 — Черниговского. В общем получаем цифру 2291 казак. Вероятно, что к трёхтысячное числа команда дополнялась за счет других полков. На охране границ осенью 1737 гетманцы действовали не только в команде В. Кочубея и И. Хрущева. В ноябре-декабре на украинском линию, к крепости Св. Параскевы были отправлены 757 казаков. Эта цифра не является полной, поскольку в ней не учтены отряды из Стародубского и Переяславского полков, также отправились в этой крепости. Вероятно, что полностью эта команда насчитывала 1000 казаков. Наверное, аналогичная ситуация сложилась еще с одним нарядом, который в документе именуется «для прикрития российских кордонов». Каждый полк выслал около 100 казаков. По крайней мере, так было в тех 8 полках, информация о которых нам доступна. Вероятно, эту команду возглавил гадячский есаул. На ноябрь приходится еще один значительный наряд. 950 казаков из Лубенского и 600 из Миргородского полков отправились в редуты вдоль Днепра [117, л. 2-8].К вышеупомянутых мер безопасности зимой 1737—1738 гг. Добавляли командировки в степь разведывательных казацких партий. Чаще всего это были запорожцы, но не только. В начале февраля 1738 Китайгородский сотник Е. Семенов возглавил разведывательную экспедицию, которая дошла до Берды и вернулась с полезной информацией о перемещении татарских войск [384, с. 465]. Можно предположить, что в этой партии была включена часть из 476 казаков Прилуцкого, Нежинского, Лубенского и Черниговского полков, в январе 1738 прибыли в Китай-под руководством киевского есаула Ф. Гречко [117, л. 3-8].В январе 1738 генерал-лейтенант Дуклус, который при отсутствии П. Ласси отвечал за охрану Слобожанщины, докладывал в Кабинет Министров о намерении крымских татар напасть на эту восточно территорию. Из Петербурга в И. Барятинського прислали указ, который требовал увеличения количества казаков на границе. Председатель ПГУ отреагировал не так остро, разослав в полки только приказ об усилении внимания и потребность быть готовым в любой момент отправиться к границе. Это неудивительно, поскольку в начале 1738 полки уже не раз присылали дополнительные команды на границу. Не имея обобщающих сведений, попробуем по отчетам двух полковых канцелярий в общих чертах представить, какие же команды и с которыми старшинами несли службу в начале 1738 Гадячский полк, кроме уже упомянутых выше, нарядил 328 казаков под Киев, 450 — до Трахтемировского перевоза в команду прилуцкого есаула Г. Панкевича и 477 до Усть-Самарского ретраншемента. О Черниговский полк имеем

Рубрика: Боевое знамя современной Армии

- 13.08.2017