Казачество левобережной украины и русско-турецкая война 1735—1739 гг часть 5

8]. Как «промеморию» оформил свое требование прислать на украинском линию 500 казаков в мае 1736 г. Генерал-лейтенант Урусов [47, л. 5]. Несмотря на формальную неподчиненность ГВК этим военачальникам, такие документы фактически имели характер приказов. Сама ГВК зачастую выдавала «указы», которые могли касаться фактически любой сферы, на которую распространялась компетенция этого учреждения. Приведем несколько примеров. В марте 1737 ГВК направила Стародубской полковой канцелярии указ, который требовал отправить 750 казаков в состав армии Б. Миниха. Эта команда до 1 апреля должна была прибыть в расположение армии на р. Сула [95, л. 2]. В декабре 1738 председатель ПГУ А. Румянцев провел совещание, которое касалось проблемы нехватки казаков для будущего похода. В результате принятого решения ГИК направила ко всем полков указы, в которых предписывалось доукомплектовать выборных к определенному для каждого полка числа. За невыполнение предусматривались штрафные санкции [124, л. 2-4]. Указ мог касаться ожидания вражеского нападения и мероприятий по этому поводу, как это было в сентябре 1738 [127, л. 2], или проблемы исправление фортификационных сооружений в полках [145, л. 3, 7].Решение ГВК по организационным вопросам оформлялись как «определение» (на русском — «определения») [12, л. 1, 50, л. 1]. Так, генеральный есаул Ф. Лысенко за «определением» этого учреждения требовал объяснений от Миргородского полковника П. Апостола по поводу плохого состояния казаков его команды [12, л. 1, 3-4]. В январе 1736 руководство ГВК приняло решение относительно обязательного пребывания 13 бунчуковых товарищей в распоряжении этого учреждения. Это решение было оформлено как «определение» [50, л. 1].В составе больших архивных дел встречаются никак озаглавленные черновики. Часто они почти не читаются, поскольку канцеляристы для чистового переписывание готовили проекты документов, и эти записи носили технический характер. Однако иногда такие записи не только несут информацию, которая дублируется в чистовых документах, но и показывают процесс подготовки решения. Так, например, при подготовке решения о том, кто именно из старшин поведет полки в поход 1736 Кроме основных кандидатур, неизвестный нам канцелярист подготовил список запасных «на перемену тех, кои могли бы имется к службе неспособным» [50, л. 33].Техническим целям могли служить также «экстракты», которые кратко преподавали определенное дело. Такие выдержки из различных дел были подготовлены в ГВК в марте 1738, когда выяснилось, что российские генералы требуют со слободских полков на 2132 казака больше, чем их было в этих частях. Канцелярист сделал выдержки из всех требований и указов И. Барятинского, а также из императорских указов, где определялась численность казаков в пяти слободских полках [110, л. 3-4]. Похожий «экстракт» находится в начале дела о доукомплектования выборных казаков [124, л. 2]. Предварительный характер носило также «видение», где подавалась, например, информация о мобилизационных возможностей полков. В процессе работы нами было выявлено один документ с таким заголовком, который находится в деле 5420 фонда ГВК. Само дело озаглавлена ​​как доношенных лубенского полковника П. Апостола о получении приказа относительно похода. Однако в реальности такого доношенных в деле нет, а документы, представленные в ней, имеют непосредственное отношение к подготовке всех полков в Крымский (+1736) похода. На листе 4 вверху надпись «Видение», а ниже уточняется, что речь идет о количестве старшин в Лубенском полку, причем почерк писаря очень быстрый, а в названии полка он допустил грамматическую ошибку. Такой же документ по гадяцкой старшины находится на следующей странице [59, л. 4, 5].Очевидно, предварительный характер носил также «расписание» (на русском — «расписание»), в котором канцелярист осуществлял распределение количества казаков от каждого полка для будущего похода. В феврале 1737 такой расклад на 13000 гетманцев подготовил военный канцелярист И. Покорский, который впоследствии занял должность киевского полкового писаря [90, л. 5]. К внутришньоканцелярськои документации следует отнести журнал фиксации документов. Это мог быть журнал входящих и исходящих документов, как в случае с канцелярией, действовавшей в Крымском (тысяча семьсот тридцать шесть) походе, обслуживая потребности казацкого корпуса. Этот документ чрезвычайно информативен и полезен, поскольку писцы (а он написан разными почерками) отмечали краткое содержание указов, доношенный, рапортов, с которыми имела дело канцелярия наказного гетмана. Кроме того, в журнале есть информация о важнейших бои, которые вела армия фельдмаршала Миниха в Крыму [68]. Книги ежегодных расходов полковых канцелярий содержат информацию о платниризним чиновникам как самой полковой, так и сотенных канцелярий, а также судебной канцелярии полка. Подписи за полученные деньги позволяют уточнить срок пребывания того или иного старшины в должности [207, л. 1-6].Традиционно «универсалом» оформлялись старшинские назначения. Такие документы, например, получили стародубцы А. Рубец и Г. Данченко. Первый перешел с должности значкового хорунжего ступенькой выше и стал первым полковым хорунжим, а его предыдущие обязанности по январь 1734 выполнял Г. Данченко. Каждый из них получил универсал на чин в ГВК и объявил его в полковой канцелярии, которая, в свою очередь, разослала копии по сотням [215, л. 1-4]. Для характеристики личности, претендовавшей на повышение, мог заключаться «аттестат». Этот документ служит источником информации о предыдущей службы старшин. Например, бунчуковый товарищ В. Быковский для обоснования своих претензий на чин гадячского судьи представил в ГВК аттестат за подписью И. Барятинского. Здесь удостоверялось, что В. Быковский во время дальнего похода был наказанием генеральным есаулом и обязанности свои выполнял старательно [126, л. 5]. Лицо, которому давалось определенное поручение ГВК (от командования казацким корпусом в походе к проверке состояния дел в полку), получала в ГВК «инструкцию», где регламентировались ее обязанности. Например, такую ​​инструкцию получил генеральный хорунжий Я. Горленко перед Крымским (1 737) походом. ГВК требовала от командира трогаться в Изюм, куда уже были отправлены подчиненные ему полки. По прибытии он должен осмотреть свое подразделение и доложить фельдмаршалу Ласси и ГВК о состоянии казаков. Во время похода ГВК требовала служить добросовестно, выполнять все приказы командиров, а также следить, чтобы казаки не пьянствовали и провиант свой не продавали [90, л. 34]. Аналогичную инструкцию получил командир казачьего корпуса в 1736 [116, л. 8].В той же архивном деле, содержащий рассматриваемую выше инструкцию генерального хорунжего, находится документ аналогичной формы, который ГВК выдала российскому офицеру, командированному с инспекцией в Прилуцкого полка. Инструкция содержит требования к казакам, которые отправлялись в поход. Офицер также должен проконтролировать, чтобы старшины, список которых он получил, возглавили свой полк [90, л. 34]. Из низших инстанций в ГВК поступали различные документы. Самыми популярными были «доношенных» и «сведения». Доношенных — это реакция низшей инстанции приказ высшего или доведение вверх информации по собственной инициативе. Доношенных подавались в

Рубрика: Гражданская оборона

- 27.08.2017