Левобережные полки в составе российской армии в 1735—1739 гг проблема субординации

против объединения гетманцев свидетельствует постепенное сбора полков в команду генерального хорунжего Я. Горленко в 1736 [1, № 5 506. Ар.2-3,4,10,12,15]: № Дата регистрации Название полка Примитки1 9 апреля Миргородский 11 февраля апреля Переяславский 3 декабря апреля Гадячский 12 Апреля апреля Прилуцкий 24 апреля полк выбыл из команди5 13 апреля Лубенский не все сотни6 22 апреля охочекомонных Павлова 22 июля апреля Лубенский сотни, не прибыли ранише8 2 мая Киевский 9 Февраля мая Черниговский 10 3 мая Нежинский этот же день выбыл, окончательно присоединился 24 травня11 5 июня Стародубский Единственным корпусом в боевых действиях гетманцы выступали, например 29 июня и 8 июля 1738 [8, с. 506,551], 22 сентября 1739 [5, с. 133] и в ряде других случаев. Распыление корпуса гетманцев, вероятно, осуществлялось исключительно с текущих армейских нужд. Высший российский генералитет считал левобережных казаков обычным нерегулярным войском, без какого-то особого статуса, резко отличалось от отношения к запорожцам. Во время Очаковской (1 737) похода Б. Миних распределил их, как и гетманцев между тремя дивизиями. Однако кошевой И. Малашевич, присоединившись 17 мая 1737 в армию, без согласования с фельдмаршалом отдал приказ сечевикам объединиться. Б. Миних смирился с таким нарушением субординации. Для высших офицеров командующий издал приказ, в котором предлагал с запорожцами «осторожно поступать и ничем их не ожесточу» [8, с. 137 примечания].Долгое время вне поля зрения исследователей оставался вопрос о сфере компетенции командира левобережные казаков в дальнем походе. Перед выступлением в поход он получал от ГВК инструкцию. Этот документ определял, какие силы передавались командиру и которые старшины поведут свои полки в поход. Командир корпуса был обязан провести проверку личного состава по прибытии в район сосредоточения. Инструкция должна общий характер, требовала служить «в исправности» и выполнять приказы командования [1, №6110. Ар.34-36, №6669. Ар. 13-15]. ГВК высылала также в поход канцеляриста, который был уполномочен следить, чтобы «непорядочности и неисправностей» не оказывалось [1, №6665. Ар.10].При командире корпуса находилась походная канцелярия и его личные шалашиками. Трудно сказать, была корпусная походная церковь, а о полку имеем известия [3, c. 66, 77]. Для обеспечения эффективной деятельности своей канцелярии командир требовал от полков писцов, которые переходили к его ставки [1, №5506. Ар.3]. Кроме того, полковники вынуждены были передавать в штаб музыкантов (Довбыши, трубачей) с инструментами и запасом провизии [1, №5506. Ар.3-4].Определенные осложнения возникали у командира корпуса в переписке с Гетьманщиной. Фельдмаршал Миних негативно относился к возможности передачи старшинами домой писем с информацией о боевых действиях. Разрешалось писать только о домашних делах и эти письма подавались в походной канцелярии фельдмаршала [1, №5506. Ар.10]. Учитывая конфликт Б. Миниха с председателем Правления гетманского правительства, руководство ГВК предусмотрело такую ​​реакцию фельдмаршала и в 1736 г... Наказной гетман получил несколько незаполненных попутных ГВК, предназначенных для гонцов в Глухов [1, №5506. Ар.20]. Были также случаи, когда дорожные выдавались командиром корпуса. С такими документами старшины отсылали из похода слуг или сыновей [1, №5506. Ар.7,9]. Состоянию здоровья и возрасту кременчугского (Миргородский полк) сотника Г. Ильяшенко объясняется решение П. Апостола и Я. Горленко отпустить его из похода. Это было сделано при условии, что его сын Павел возглавит сотню [1, №5506. Ар.4].Командир гетманцев не имел полномочий требовать соединения всех полков под своей командой. Он разве что мог обратиться к полкам с приказом доложить, где и по чьему приказу они находятся и почему не рапортуют. По требованию своего командира, генерал-лейтенанта Леонтьева, Я. Горленко докладывал, что какие-то сведения о половине полков он подать не может. Те же части, которые находились под властью командира казачьего корпуса, постоянно распылялись. На это, например, жаловался нежинский есаул А. Володковський. Он спрашивал, и дальше должен выполнять приказы русских генералов без подтверждения со стороны своего командира. Катастрофическое уменьшение количества казаков в его отряде явно не нравилось приказчика. Наказной гетман, очевидно, не имел возможности сопротивляться и подтвердил безусловное выполнение приказов россиян [1, №5506. Ар.10]. Можно привести и другие примеры очень свободного обращения с казаками. Генерал-лейтенант Гейн лишил лубенчан полковой артиллерии со всем запасом, передав ее в ландмилиция [1, №5506. Ар.12], а Иваницкий (Прилуцкий полк) сотник П. Миницких, который вел свой отряд на соединение с основными силами гетманцев, должен оставить большую часть казаков под Перекопом [1, №5506. Ар.13; 10 c.81]. Таким образом, левобережный казацкий корпус во время похода чаще всего подлежал командиру дивизионного уровня, а не главнокомандующему. Отношение к казакам не оговаривалось каким политическими факторами, они рассматривались как обычное нерегулярное войско. По приказу командования казацкие подразделения передавались в подчинение русских офицеров невысокого ранга, причем попыток обжаловать такие действия в источниках не фиксируем. Полномочия генерального старшины, который возглавлял левобережные полки в походе, были довольно ограниченными. Фактически он следил за внутренним порядком в лагере, розв`язував мелкие споры между старшинами, информировал о состоянии полков российский генералитет и ретранслировал его приказы для казаков. Командир казацкого корпуса не было даже достаточных полномочий в дисциплинарной сфере — дезертира-Лубенця Т. Ляшенка он передал для решения его судьбы российском офицеру [1, №5506. Ар.17].?Литература1. Центральный государственный исторический архив Украины в г... Киеве. Фонд 51. Генеральная военная канцелярия.2. Дневные записки малороссийскаго подскарбия генеральнаго Якова Марковича. Ч.1. — М., 1859. — 520 с. 3. Дневные записки малороссийскаго подскарбия генеральнаго Якова Марковича. Ч.2. — М., 1859. — 414 с.4. Записки Манштейна в России. — СПб., 1875. — 218 с.5. Сборник Военно-Исторических Материалов. Вып. II в. Ставучанский поход. Документы +1739 года. — СПб., 1892. — 327 стр. 6 Сборник Военно-Исторических Материалов. Вып. Х. доношением фельдмаршала Миниха императрице Анне Иоанновне. — СПб., 1897. — 336 с.7. Апанович О. Вооруженные силы Украины первой половины ХУИИИ века. — М., 1969. — 284 с.8. Байов А. Русская армия в царствование императрицы Анны Иоанновны. — СПб., 1906. — 618 с.9. Джиджора И. Украины в первой половине ХУИИИ века. — М., 1930. — 142 с. 10. Кривошея В. Украинская казацкая старшина. — М .: Институт национальных отношений иполитологии, 1997. — 104 с.11. Мельникова И. Борьба России с Турцией в 30-х годах 18 века и Украина // Ученые записки Института славяноведение. Т.1. М. -Л., 1948. — С.76-118.12. Путро А. Украинские казаки // КС. +1997. №6. С.3-33.13. Романовский В. Война 1735—1739 годов и ее последствия для Украины // Очерки по социально-экономической истории Украины. Т.1. — М., 1932. — С.27-42.14. Широкорад А. Русско-турецкие войны 1676—1918 годов / Под общ. ред. А. Тараса. — Минск — Москва: ООО «Издательство АСТ», 2000. — 752 с.

Рубрика: Воздушный десант и аэромобильные войска

- 23.08.2017